АНДРЕЙ БЕЛЫЙ.СС,том 4-й. СЕВЕРНАЯ СИМФОНИЯ.СИМФОНИЯ изд.ПАШУКАНИСА тип.КОЛОМИЕЦ Москва 1917г ПРИЖИЗН

АНДРЕЙ БЕЛЫЙ.СС,том 4-й. СЕВЕРНАЯ СИМФОНИЯ.СИМФОНИЯ изд.ПАШУКАНИСА тип.КОЛОМИЕЦ Москва 1917г ПРИЖИЗН
Состояние: хорошее
номер лота 591596
Цена
12 430 руб.
4д 10ч. до окончания (10 Октябрь 2022, 20:55:15)
Стоимость доставки оплачивает покупатель
  • Почта России (бандероль/посылка «заказная») 350 руб.
Местоположение: Санкт-Петербург
0/0  просмотров

ПРИЖИЗНЕННОЕ ИЗДАНИЕ.Белый, Андрей. Собрание сочинений. / Андрей Белый: [т. 4, 7]. - М.: издание В. В. Пашуканис, 1917г. - Т.4-й. Собрание эпических поэз. Книга первая. I. Северная симфония (1-ая, героическая). II. Симфония (2-ая, драматическая). 326, [2] стр.Книга издана В. В. Пашуканисом в 1917 г. и отпечатана в типографии И.С.Коломиец в количестве 6000 экземпляров. Посвящена Эдварсу Григу.В 1901-ом Андрей Белый – студент университета – опубликовал первое произведение. «Симфония (2-я, драматическая)» продемонстрировала ценителям поэзии рождение жанра литературной «симфонии», создателем которого по праву считается Андрей Белый. В начале 1900-х свет увидели «Северная симфония (1-я, героическая)», «Возврат» и «Кубок метелей». Названные поэтические сочинения – удивительный синтез слова и музыки, их называют ритмической прозой.Состояние на фото,доставка лота в другой регион-почта России. ДЛЯ СПРАВКИ:Подготовленные Викентием Викентиевичем Пашуканисом издания И. Северянина, К. Бальмонта и Андрея Белого отличало качество и изящество оформления. Настоящее издание после выхода в 1917 году двух томов более не продолжалось.Андрей Белый (настоящее имя Бори́с Никола́евич Буга́ев; 14 (26) октября 1880 год, Москва — 8 января 1934, там же) — русский писатель, поэт, критик, мемуарист, стиховед; один из ведущих деятелей русского символизма и модернизма в целом.Поэт, яркий представитель русского символизма, прозаик, литературный критик и философ Андрей Белый – сын удивительной культурной эпохи, получившей название «серебряный век». Малоизвестный современникам автор интересен изобретениями и открытиями, во многом определившими облик литературы начала ХХ века.Видя некое раздвоение окружающего мира, литератор и философ Белый сделал вывод, что источник социальных потрясений кроется в противостоянии двух мировоззренческих стихий – Востока и Запада. Ценители его творчества уверены, что Андрей Белый лучше всех современников изобразил такое сложное явление, как переломная эпоха.Родилась будущая звезда «серебряного века» поздней осенью 1880 года в столице, в интеллигентной семье коренных москвичей. Борис Бугаев рос и воспитывался в атмосфере двух противоборствующих стихий – математики и музыки, что позже удивительным образом отразилось в его поэзии.Мама – Александра Егорова – ввела сына в мир музыки и привила любовь к произведениям гениальных композиторов России и Европы. Отец - известный математик, работал деканом Московского университета. Николай Бугаев предвосхитил многие идеи «космистов» и Константина Циолковского, основал математическую школу.В гимназии Бугаев-младший увлекся буддистской религией и тайнами оккультизма. Из литераторов и философов его интерес привлекло творчество Федора Достоевского, Генрика Ибсена и Фридриха Ницше. Эталонами поэзии для юноши стали стихи Бальмонта, Валерия Брюсова и Дмитрия Мережковского.Отец настоял, чтобы сын выбрал физико-математический факультет. После его окончания Белый в 1904 году вторично стал студентом университета и взялся изучать историю и филологию, но спустя 2 года покинул вуз и уехал в Европу.В начале 20-го века Андрей Белый познакомился с московскими символистами, которые группировались вокруг издательств «Гриф» и «Скорпион». Затем москвич попал под влияние петербургских поэтов и писателей Дмитрия Мережковского и Зинаиды Гиппиус.В начале 1903 года Андрей Белый заочно сошелся с Александром Блоком: литераторы переписывались. Личное знакомство, переросшее в драматическую то ли дружбу, то ли вражду, состоялось в следующем году. В том же году поэт-мистик с единомышленниками организовал кружок «аргонавтов». В начале 1905 года Андрей Белый приехал к Мережковскому и Гиппиус в Петербург.Любовные треугольники Андрея Белого с поэтами-символистами Валерием Брюсовым и Александром Блоком и их женами нашли отражение в творчестве. Брюсов описал роман Белого со своей женой Ниной Петровской в «Огненном ангеле». В 1905 году Петровская стреляла в любовника, а он ей посвятил строчки стихотворения «Друзьям».Мучительные отношения с женой Блока – Любовью Менделеевой – вдохновили Андрея Белого на создание романа «Петербург». Любовники встречались на съемной квартире, но в конце-концов Менделеева предпочла мужа, о чем объявила Белому, потребовав не приходить в их дом. Отчаянье подтолкнуло поэта к отъезду за границу.Возвратившись из Европы в Россию весной 1909 года, Андрей Белый познакомился с Анной Тургеневой, племянницей классика. Зимой 1910-го возлюбленная сопровождала литератора в путешествии. Пара объездила Северную Африку и Ближний Восток. Весной 1914 года в Берне Белый и Тургенева поженились, но спустя 2 года писатель вернулся на родину. Через 5 лет он приехал в Германию к жене, но отношения иссякли. Последовал развод.Осенью 1923 года Андрей Белый встретил женщину, с которой прожил остаток жизни. Клавдия Васильева, или Клодя, как называл любимую Андрей Белый.Грянувшую Первую мировую войну писатель воспринял, как трагедию России. Летом того же года литератора призвали на военную службу, но в сентябре дали отсрочку. Андрей Белый жил то в Подмосковье, то в Царском Селе под Петроградом. После окончания революции Андрей Белый трудился в советских учреждениях.Разочарование действиями новой власти подтолкнуло Андрея Белого к эмиграции. В 1921 году писатель и философ уехал в Берлин, где жил и работал 3 года. В конце 1923 года Белый вернулся на родину и жил в России до последних дней.Стилистическая манера Белого предельно индивидуализирована — это ритмическая, узорчатая проза с многочисленными сказовыми элементами. По словам В. Б. Шкловского, «Андрей Белый — интереснейший писатель нашего времени. Вся современная русская проза носит на себе его следы. Пильняк — тень от дыма, если Белый — дым». Для обозначения влияния А. Белого и А. М. Ремизова на послереволюционную литературу исследователь использует термин «орнаментальная проза». Это направление стало основным в литературе первых лет советской власти. В 1922 году Осип Мандельштам призывал писателей к преодолению Андрея Белого как «вершины русской психологической прозы» и к возвращению от плетения словес к чистому фабульному действию. Начиная с конца 1920-х гг. беловское влияние на советскую литературу неуклонно сходит на нет.БЕЛЫЙ-— поэт-декадент.Юный московский поэт много заставляет говорить о себе, особенно пародистов, своими экстравагантными выходками. В настоящее время он — самый яркий представитель того начального периода "декадентства", от которого уже отделились возмужавшие представители этого направления (см. Брюсов, Валерий). Он пишет "стихи" строчками в одно слово, рассказывает о себе, как он живет на высоких горах, как туда к нему "на утес притащился горбун седовласый и в подарок принес из подземных теплиц ананасы. Он в малиново-ярком плясал, прославляя лазурь. Бородою взметал вихрь — серебряных бурь

Голосил

Низким басом

В небеса запустил

ананасом" и т. д.

Большая часть стихотворений Б. производит, вообще, впечатление литературной мистификации. Тем не менее на этих стихотворениях лежит печать несомненной талантливости; чувствуются задатки будущей серьезной поэтической деятельности. В статьях своих, вдумчивых и полных искания, Б. старается выяснить значение мистики как пути познавания истины.Мистицизм у Б. обнаружился рано и остался навсегда. Влияние Вл. Соловьева сообщало мистицизму Б. характер эсхатологический.Он конструирует литературную теорию символизма, но символизм оказывается для Б. "не литературной школой, а новым мировоззрением, гармонически сочетающим религиозный, жизненный путь, искусство и спекулятивное мышление". "Смысл искусства — только религиозен". Отсюда новый порыв — в антропософию. С 1912 Б. становится учеником антропософа Рудольфа Штейнера.Вся совокупность книг Б. распадается на 4 группы: 1) лирика и "симфонии", 2) романы, 3) поэтика и 4) публицистика.Б. — большой мастер метра и ритма. — Переходом к прозе являются "симфонии", — жанр, созданный Б.: "Симфония северная" (1-я, героическая, 1904); симфония 2-я, драматическая (1902); симфония 3-я, "Возврат" (1904); симфония 4-я, "Кубок мятелей" (1908). В них сказалось пристрастие Б. к музыке, форму которой он хотел перенести в поэзию. Симфонии написаны ритмической прозой. Содержание их прихотливо, фантастично, нередко чрезвычайно туманно.Б. в нашей литературе является провозвестником особого символизма. Его символизм — символизм мистический. В основе лежит религиозно-нравственное мировоззрение. Символ Б. не обычный реалистический символ, а Символ-Лик, потусторонний, хотя Б. и пытается сделать его имманентным действительности. Символ — это этическая норма, воплощенная в живом образе — мифе. Этот образ-миф постигается путем мистического опыта. Искусство здесь явным образом соприкасается с религией, даже больше — становится религией религий. "Образ Символа, — утверждает Б., — в явленном Лике некоего начала; этот Лик многообразно является в религиях; задача теории символизма относительно религий состоит в приведении центральных образов религий к единому Лику".Мир Б. есть мир бредов, пламенных стихий, раскаленных сатурновых масс, грозных, непрерывно меняющихся мифологических образов."Я", разум, сознание — как бы обуздывают стихию. Казалось бы оплот найден, устойчивость приобретена. Однако материки действительности, образованные нашим "я" посреди океанических огненных стихий, отнюдь не прельщают писателя. Наше сознание, наш разум холоден, механичен, линеен. Он лишен плоти, жизни, подлинного творческого начала, в нем нет изобилия чувств, стихийности, он — сух, догматичен, он светит, но не греет. Познание дает нам разрозненные знания о мире, но оно не в состоянии ответить на главный вопрос, какую ценность имеет для нас космос, земля, люди, наша индивидуальная жизнь. Поэтому само по себе оно бесплодно и творчески бессильно. У Б. разум всегда оказывается жалким при столкновении с жизнью, к-рая есть невнятица, чепуха, варварство, дикая, необузданная сила.Между бытием и сознанием так. обр. — трагический дуализм: бытие бессмысленно, хаотично, сокрушительно, — разум — жалок, бесплоден, механичен, творчески бессилен. Противоречие абсолютно: "ножницы" не смыкаются эмпирическим путем. Очевидно примирение может быть достигнуто в мире трансцендентном. Символизм Б. и пытается сомкнуть "ножницы" между бытием и сознанием в потустороннем мире. Символ-Лик, по мысли писателя есть живое Единство, оно осмысливает довременный хаос бытия и приобщает к творческому началу разум, познание. Лишь в Символе достигается высший синтез бытия и сознания. Символ открывается в мистических опытах. Мистическим опытам учит антропософия, она знает эти тайны, она передает их с помощью особых упражнений, полностью они открываются только посвященным. Искусство становится теургией.Б. владеет тайной художественной детали и, может быть, даже злоупотребляет иногда этой способностью, своим чутьем видеть самое мелкое, с трудом отличаемое и улавливаемое. Его метафоры и эпитеты выразительны, поражают своей новизной, они словно шутя даются писателю. Несмотря на причуды, на тяжеловесность и громоздкость его произведений, они сюжетно всегда занимательны.Стилистическая манера Б. отражает двойственность и противоречивость его мироощущения. У Б. — "ножницы" между бытием, которое есть хаос, катастрофа, и сознанием, которое механично, линейно и бессильно. В соответствии с этим двойственен и стиль Б. Б. избегает неопределенных глагольных форм: "был", "есть", "стал", "находился", у него ничего не покоится, не пребывает, все находится в процессе непрерывного становления, активного изменения. Отсюда его пристрастие к новым словообразованиям, не всегда уместным и удачным. В этой своей части стиль Б. "взрывчат", динамичен. Но Б. кроме того пишет ритмической прозой. Ритмическая проза вносит в его манеру однообразие, монотонность; в его ритмике есть что-то застывшее, рассудочное, слишком выверенное, манерное. Это часто отталкивает от Б. читателя. За всем тем, несомненна заслуга Б.: что он с особой настойчивостью подчеркнул, что в художественной прозе слово — искусство, что у него есть свой музыкальный, чисто фонетический смысл, который дополняет "буквальный смысл"; этот смысл постигается в особом внутреннем ритме стихотворения, романа, повести. Теоретические работы Б. по внутренней ритмике произведений искусства заслуживают особого внимательного разбора.В стихах Белого с особой силой отразились чувства одиночества, духовной опустошенности, отчаяния, скептицизма. Мистический символизм Б. претендовал на коренное преобразование теории познания. Символ трактуется Б. как условное изображение непознаваемой сферы бытия, данное в индивидуальном личностном переживании. В статье "Эмблематика смысла" (1909) Б. рассматривает символическое описание мира, культуры, человека как попытку уяснения глубин духа и мироздания. Высшее выражение такого уяснения — символическое искусство.Художник — не копиист, а творец новой символической реальности, создатель "должного" в противовес "сущему". В идеале такое творч. должно носить религ. характер, ибо, по мысли Б., только религия способна реализовать ценности творч. в жизни. Тем самым теория символизма в интерпретации Б. выступает религ.-филос. учением в русле течения "нового религиозного сознания", характерного для рус. филос. начала XX в.

Смотрите другие мои товары
Похожие товары